"Остается еще двадцать - тридцать лет, и их надо как-то прожить"

Как отпустить выросших детей, и что делать родителям, когда дети выросли
Про подростков

Дарья Менделеева

- В какой момент родители замечают, что ребёнок, оказывается, вырос?

Катерина: Когда он начинает пахнуть не козлёночком, а козлом.

Василий: Истинная правда. Был такой милый зайчик, потом начинается половое созревание, и ты обнаруживаешь дома какого-то волчару, который все время огрызается, качает права…

Катерина: Уводит папины кроссовки по принципу «кто первый встал, того и тапки». Потому что куда засунул свои, он не помнит, а папины так чудно подошли по размеру и цвету.

Или твой очень дорогой тоник, на которым крупными буквами написано: «Для зрелой кожи» вдруг оказывается чудесно подходящим, чтобы снять с лица все следы боевого раскраса шестнадцать раз на дню.

Василий: Обычная борьба за власть и за территорию. Хотя, конечно, не совсем обычная, потому что внешнего мира подростки пока ещё боятся больше, чем родителей. И начинается борьба внутри под девизом: «Решите все внешние проблемы, дайте денег и отстаньте». Был такой мем: «Я – независимая самодостаточная личность. Мам, мы ужинать скоро будем?»

Дарья Менделеева: - Как в этот период выстраиваются отношения между детьми и родителями? «Получил новые свободы – получи и новые требования» или всё как-то сложнее?

Василий: Выражение «отпускать вожжи» эту ситуацию совершенно не описывает. Правильнее будет сказать: есть ли у тебя ещё силы держать эту бешеную лошадь? Потому что с той стороны начинается борьба: «Я прихожу, когда хочу, ухожу, когда хочу и привожу в гости, кого хочу».

Катерина: И идея о том, что сейчас вы сгрузите туда какие-то обязанности – не более, чем иллюзия. Вы, конечно, можете эти обязанности предложить, но с той стороны вполне может последовать мина: «Я – котик, у меня лапки». Или же то, что вы попросили, будет сделано так, что отмывать дом и переделывать будет дольше и затратнее. Или человек просто скажет: «Да, мамочка, конечно!» - и тихо срулит.

Василий: То есть, в какой-то момент ты просто не выдерживаешь и думаешь: «Ладно, пускай уже скачет сам».

То есть, весь смысл подросткового возраста состоит в том, что родители привыкают к мысли, что им с детьми придётся жить отдельно. А дети по ходу родительского сопротивления, борьбы за правила и режимы получают первый опыт противостояния жизни, причём безопасного. Родители же не бандиты в подворотне, они могут давить, но вреда не принесут.

Дарья Менделеева: - По описаниям получается какая-то мировая революция. А как это выглядело на практике?

Катерина: Старшей дочери мы сняли жильё около института, потому что ей было тяжело ездить через весь город на учёбу, ей в то время было лет девятнадцать-двадцать. Помню, я тогда два месяца рыдала, наплакала два ведра слёз. Потому что она была моей поддержкой, опорой, очень помогала мне с младшими.

В первый год после этого она приезжала домой трижды в неделю – сама. Формально потому, что занималась репетиторством и в нашем районе у неё остались ученики. На самом деле – потому, что ей хотелось здесь быть. Во второй год она приезжала уже раз в неделю. А на третий – вообще уехала в другую страну, где вышла замуж и счастливо живёт до сих пор.

Средний сын примерно в том же возрасте переселился в общежитие.

Младшей сейчас меньше, но она поступила в очень крутой лицей, до которого ей ездить от нас полтора часа. В её случае мы просто прагматично прикинули, что с такой дорогой у ребёнка не останется сил на учёбу. Поэтому она с осени переедет к бабушке, от которой до учёбы – полчаса на одном автобусе.

Вообще, если вы заинтересованы в том, чтобы дети получили хорошее высшее образование, курса до третьего они должны жить дома. К сожалению, в российских вузах нет кампусов, а есть общаги, в которых приходится реально выживать. Разницу между домашними детьми и теми, кто приехал издалека и жил без семьи, мы с мужем неплохо помним по собственной молодости и учёбе. Вероятность, что учёба будет заброшена, у вторых была гораздо больше.

Конечно, такая жизнь дома должна сопровождаться определёнными договорённостями: что входит в обязанности ребёнка, во сколько нужно приходить домой, можно ли приводить своих половых партнёров, компании, устраивать праздники, курить.

Дарья Менделеева: - Вот этот момент поподробнее, пожалуйста. Прямо вот так разрешите привести домой своего парня или девушку?

Катерина: Здесь всё очень сильно зависит от уклада семьи. Есть родители, которые на некоторые вещи смотрят свободнее. Для кого-то, понятно, это может быть неприемлемо.

Василий: Здесь, скорее, вопрос бытового удобства/неудобства. Одно дело, если у семьи большой дом, где никто никому не мешает. Другое дело, если семья живёт в двушке со смежными комнатами.

У нас, например, действует правило ночами не бродить, потому что, если ночью кто-то бродит по дому, хлопает дверьми и дверцей холодильника, я просыпаюсь.

Дарья Менделеева: - Какие в момент отделения ребёнка задачи у родителей, и различаются ли они у папы с мамой?

Катерина: Самая главная задача этого времени – собственно, само отделение ребёнка от семьи. Родителям в этот момент главное – не рассыпаться и примерно понимать, что происходит.

Причём, пока ребёнок продолжает жить дома, у всех может сложиться иллюзия, что он всё ещё ребёнок, и ничего не изменилось. А на самом деле он – подросток, поэтому все правила совместного существования и этапы отделения нужно подробно проговаривать. Надо только помнить, что это всё – не железобетонные договора, а что-то текучее и подвижное…

А функция папы в семье примерно лет с полутора ребёнка – не дать маме ребёнка поглотить…

Дарья Менделеева: - Секунду, а как это выглядит в жизни?

Катерина: Ребёнок не пришёл вовремя домой. Мама бегает по дому с валерьянкой и криками: «Где он шляется?»

Василий: А папа в этот момент предлагает ей любые аргументы, которые может предложить: «Брось этого, нарожаем новых». «Ничего страшного, вспомни себя в его возрасте». Действовать папа начинает в тот момент, когда кого-то уже реально пора искать с ружьями и милицией.

Дарья Менделеева: - А аргумент «Я сейчас отцу скажу…» - ещё действует в наше время?

Василий: А как же. Папа – это вообще «средство ядерного сдерживания», тогда как мама – скорее «ядерный удар».

Катерина: Вообще, если папа есть, если родители к этому времени остались парой, женщина и с детьми разговаривает по-другому – спокойно и уверенно.

Василий: Потому что, если родители не могут договориться между собой и выработать единую позицию, ребёнок очень быстро начинает манипулировать: «А мне мама разрешила». Родителей начинают стравливать между собой до получения нужного результата. А вот если ты можешь задать вопрос: «А точно разрешила? А давай у неё спросим?» - такие попытки очень быстро сдуваются. То есть, войну подростки ведут не до полного уничтожения, а за власть. Вот в этом им главное не дать победить.

Правда, иногда работает методика просто растащить маму и детей и отвлечь, «спустить пар». Например, старшая дочь в подростковом возрасте по магазинам ходила только со мной – с мамой они тут же начинали ругаться.

Катерина: Потому что если с мамой мы шли за сандалиями, то покупали сандалии. А если шли с папой, то покупали сапоги, четырнадцать сумок и воздушный шар. А сандалии оставались некупленными.

Василий: Ну, просто сандалии оказались не те, а в магазин уже пришли – программа «нужно что-то купить» уже была запущена.

Дарья Менделеева: - Как в этих условиях сохранить отношения и не разругаться до ядерной войны?

Катерина: Никак. Отношения будут позже.

Главная задача этого периода – ребёнка отделить.

Причём по-хорошему («Деточка, мы тебе купили квартиру, машину, оплатим свадьбу и возьмём на работу в папину фирму») сепарация не случается. Всё перечисленное – это не сепарация, а, наоборот, удерживание ребёнка в семье.

Василий: То есть, ребёнок по-любому должен заявить родителям: «Вы – старые козлы, ничего не понимаете, а я – Д’Артаньян».

Катерина: В этот момент всё делается назло. Потому что «радовать родителей» - это не по-пацански.

Дарья Менделеева: - То есть, увидев такие выкрутасы, и прихлёбывая валерианку стаканами, родители в этот момент должны тихо радоваться, что вырастили человека, который справится с жизнью?

Василий: Честно говоря, в процессе радоваться очень тяжело. Потому что в этот момент ты испытываешь огромное разочарование. Ты растил вот это прекрасное создание, которое всегда старалось тебя радовать…

Катерина: Приносило картиночки на холодильник…

Василий: И поделки папе на 23 февраля. И вдруг оно начинает вести себя крайне фигово, бросает учёбу или идёт учиться на фотографа…

Катерина: Радоваться этим выкрутасам можно будет, когда ему будет двадцать пять, он приедет к тебе на дачу, наведёт там идеальный порядок и вы будете сидеть, спокойно разговаривать, как взрослые люди, и пить вино под шашлык…

Василий: Вот тогда задним числом можно сообразить, что всё предыдущее – это была сепарация. А в процессе то я взорвусь, то жена взорвётся, и мы друг друга только утешаем фразой: «Потерпи, лет через семь всё будет в порядке».

Катерина: В первый раз, помню, нас попустило, когда мы услышали, что сын орёт на младшую сестру ровно моими словами. Что-то вроде: «Надень шапочку!» Вот тогда мы поняли, что жизнь прожита не зря.

Василий: Как в той шутке: «Звук – странная штука. До тебя в двадцать лет долетает то, что родители говорили в пятнадцать».

Катерина: Сейчас сын объясняет младшей, что телефон надо заряжать и родителям надо звонить. Я в какие-то моменты уже просто не включаюсь, а отправляю разговаривать его.

Василий: Ну, да. Два стакана валокордина – и она не включается.

Дарья Менделеева: - А пока отношения ещё не порвались, как прописать ребёнку какие-то правила?

Катерина: Никак.

Василий: Мы с сыном несколько раз садились и прописывали какие-то договорённости, пакт о ненападении, об обязанностях сторон. Но потом приходится каждый день воевать за соблюдение этих договорённостей, потому что вечером он подписывал всё это в одном состоянии, а утром всё другое, и жизнь началась заново.

Катерина: А теперь он звонит и иногда жалуется нам про свою работу: «Кто эти люди? Почему они не могут выполнять взятые на себя обязательства? Что сложного в том, чтобы выполнить договор?»

То есть, договора существуют, но надо понимать, что это всё это двигается и плывёт. Плюс это всё очень зависит от устоев семьи, от уклада.

Василий: Родители устанавливают правила на собственной территории, эти правила должны быть, и об эти правила дети должны разбиться. Потому что, если родители слабые, и дети одержали верх, родители и дети меняются местами. Такой ребёнок начинает обеспечивать семью, и ему в этой роли очень плохо.

Роль главного для подростка в это время – это слишком рано. Он ещё мало соображает, его лобные доли *префронтальная кора* забиты гормонами, у него ещё плохо с логикой, и мир для него ещё слишком опасен. Ему нужно как-то зарабатывать на жизнь, но он не может диктовать правила родителям.

Подросток на этом этапе должен побеждать внешний мир, а не родителей. Он найдёт себя в жизни, а через несколько лет вернётся в отчий дом и скажет: «Мои родители – обычные люди, с чем же я тут боролся?»

Дарья Менделеева: - Как же тогда передать ребёнку моральные принципы?

Василий: Ребёнок в любом случае скажет вам: «Вы ничего не понимаете, и у вас всё неправильно». В этот момент ощущаешь разочарование.

Катерина:

В этот момент для родителя очень важен навык контейнировать собственные чувства и наличие собственной жизни. Если у тебя есть своя жизнь, тебе не очень есть дело до того, что происходит с ребёнком, потому что биологически в этот момент он уже ощущается как другой взрослый.

Родители должныудерживать свою панику, свою тревогу, не требуя от ребёнка, чтобы он отказался от собственной жизни. И для того, чтобы не требовать от мира: «Пусть будет всё, как я хочу», - нужно быть очень взрослым зрелым человеком.

Дарья Менделеева: - Какие ощущения испытывает мама, когда «гнездо пустеет»?

Катерина: Сначала – потрясающее чувство облегчения и свободы. Например, внезапно выяснилось, что я больше не должна готовить вёдрами.

Василий: Положил в морозилку порцию мороженого – и она там так и испортилась.

Катерина: Да, у нас стали портится продукты. Мы не сразу перестроили голову на то, что ничего не надо закупать в прежних объёмах. Пришлось покупать новые кастрюли, поменьше

Появилась прорва свободного времени. Правда, для меня это не было особой проблемой, потому что прежде мне его вечно не хватало.

Сложнее было справиться с ощущением внутренней пустоты, потому что то время и силы, которые были заняты контролем, оказались не задействованы.

Меня отпустило года, наверное, через два.

Причём речь идёт именно о контроле, потому что общаюсь с детьми я сейчас больше, чем раньше.

Старшая звонит пару раз в неделю, и мы говорим по часу, и если бы не жили в разных странах, мы бы на выходные брали внучку к себе. Средний сын теперь приезжает раз в неделю именно общаться; мы уже дожили до того, что он привозит еду, которую приготовил сам – какой-нибудь сложный террин из нескольких видов мяса. Иногда дети приезжают поиграть в какие-то настолки. При этом у меня отвалилось огромное количество долженствований, связанных с менеджментом их жизни.

С выходом каждого ребёнка в самостоятельную жизнь у меня прибавлялось работы. Ну, и разнообразные хобби, карантин мне только сильно подгадил…

Хобби в этот период жизни нужно находить методом исследования. Главное – не уходить в тихий алкоголизм, как это происходит с некоторыми моими знакомыми родителями взрослых детей. Причем, поскольку народ выпивает по вечерам не стакан водки, а бутылку просекко, как алкоголизм это не воспринимается.

Вспомните, что вам нравилось в школе. Например, папа у нас солдатиков раскрашивает.

Василий: Причём это начиналось как семейное занятие, с помощью которого мы пытались оттащить детей от компьютера. А потом дети разбежались, а я с этим занятием остался.

Дарья Менделеева: - А подготовиться к этому этапу как-то можно?

Василий: Ну, пока ещё дети маленькие, учитесь, начните осваивать новую профессию, например. К тому моменту, когда дети вырастут, она как раз с вами останется.

Думать о будущем, которое наступит через пятнадцать лет, родителям, как правило, некогда – нужно зарабатывать деньги, заботиться о семье, делать карьеру… В принципе, если вы дожили и выжили, то всё хорошо.

Причём папе обычно легче: у него всегда есть мотоцикл или какие-нибудь гаражи, или приятели, с которыми он раз в месяц пьёт пиво и ездит на рыбалку. А вот мамам сложнее, и пропасть «непонятно, чем заняться, когда дети выросли» возникает, как правило, у них.

Нужно, чтобы семья допускала, что у мамы может быть какая-то своя жизнь, которая касается только ее – профессия, спорт или хобби. Поэтому очень важно время от времени сдавать детей няне или бабушке и проводить какое-то время с самим собой, чтобы понимать, что ты – отдельный человек, либо – что вы с женой все еще пара, а не непонятная сороконожка вместе с детьми.

Когда появилась возможность, мы стали раз в неделю освобождать маму от готовки – выходить всей семьей куда-то в ресторан, либо заказывали еду домой, чтобы мама могла «выпасть из расписания» и понять, чего она хочет сама. Плюс мама у нас училась, получала второе высшее.

Такое вдумчиво выбранное второе образование и связанная с ним работа и в жизни – то позволяет тебе выдохнуть, почувствовать себя отдельным человеком, а не просто приложением к кастрюлям. Плюс в отношении жены у меня всегда было понимание, что у нее должна быть подушка безопасности – профессия, которая будет ее кормить, если я помру, стану инвалидом, или что-то еще. То есть, самостоятельная мама – это еще и определенный коммерческий интерес.

На какие-то свои планы и задумки нужно обязательно выделять время в процессе, потому что как иначе? «Поднял детей и лег в могилу?» Но на самом деле теперь у тебя ведь остается еще двадцать – тридцать лет, и их надо как-то прожить.
29 ноября, 2020
Демина Катерина Александровна
Демина Катерина Александровна
психолог-консультант, специалист по детской психологии, работаю со взрослыми и детьми
Образование

Московский Государственный Педагогический Институт им. Ленина, факультет русского языка и литературы.

Институт Практической Психологии и Психоанализа (ИППиП),

Базовая специализация: «психолог-консультант». Дипломная работа: «Особенности адаптации приемных детей в мультикультурных семьях».

Мастерская Ирины Млодик.

Специализация: «Детская психотерапия».

Мастерские и курсы по детской и экзистенциальной терапии.

Курс "Терапия пограничного расстройства личности, сфокусированная на переносе",

Отто Кернберг-Фрэнк Йоманс, 2017-2018г.

Консультации

Очные консультации

Кабинет психолога в Митино

Приемные дни – вторник, четверг, воскресенье (по специальной договоренности)

Психологический центр Sunrise

приемные дни: понедельник

6000 рублей за 50 минут.

Онлайн консультация (skype, zoom, Facebook messenger)

Для того, чтобы получить консультацию, необходимо связаться со мной по электронной почте.

Запись на прием

Так как мое расписание очень плотное, я предлагаю вам следующий алгоритм:

  • вы пишете мне письмо, в котором излагаете суть проблемы и ваш запрос (что вы хотите получить в качестве результата нашей с вами работы);
  • я нахожу для вас время для первой встречи, мы его согласовываем;
  • вы оплачиваете первый прием (переводом на карту или как-то еще, обсуждаемо), после чего мы встречаемся.
Контакты
Subscribe to Сбор новостей