Читать

"Путешествие героини" и Флавия де Люс

Очень психологическая монография Морин Мёрдок "Путешествие героини" и серия подростковых детективов Алана Брэдли о Флавии де Люс.
Объединила я их по очень простому признаку: это романы о взрослении Афины.
Морин Мёрдок - это такой очень лайт-вариант действительно фундаментального труда Клариссы Пинколы Эстес "Бегущая с волками", попытка уложить сложную и требующую серьезного интеллектуального усилия концепцию в доступный формат. Плюс довольно много феминистской риторики.
А серия про Флавию - тоже попытка соединить несоединимое: традиции викторианского романа-воспитания, успешные наработки современной литературы для подростков, нравоучения и внутренние монологи героинь Джейн Остин, предписания образовательных программ телевидения 60-х годов прошлого века... Киш-миш, узюм и маленькие гвоздики, как говорили в моем детстве.
Но, тем не менее, оба автора описывают путешествие и рост девочки без матери: девочки, которая все свои силы, душевные и физические, тратит на то, чтобы доказать отцу, что она достойна его любви и уважения. Хотя бы внимания! Хотя бы признания своей законной дочерью!
Так же, как Афина, Флавия превозносит силу разума и полностью отказывается от чувств: она презирает своих (более удачливых, поскольку они застали мать в живых) старших сестер, постоянно их дразнит, обзывает, каверзничает, и только в моменты крайней душевной смуты признает, что они - ее единственные близкие люди.
Так же, как Афина, Флавия предпочитает общество взрослых мужчин-воинов, с которыми она на равных, а иногда и верховодит. У нее нет подруг, со взрослыми женщинами она не очень умеет ладить, хотя и тянется к самым дружелюбным из них. Застав очевидно любовную сцену между супругами, Флавия придумывает себе нелепое, но успокаивающее объяснение происходящего, демонстрируя, что область чувственного до сих пор закрыта от нее, хотя ей уже 13 лет.
В тексте Морин Мёрдок постоянно звучит тема яростного обвинения (отсутствующей) матери во всех злоключениях дочери: это мир девочки, не преодолевшей эдипальный кризис, поскольку не удалось ни идентифицироваться с матерью, ни проиграть битву за внимание отца. Матери нет - сражаться, казалось бы, не с кем, но вся любовь отца принадлежит ей, умершей или ушедшей, и некому сказать странной, замкнутой, одинокой, слишком развитой интеллектуально, но оставшейся очень инфантильной психически дочери, что она тоже любима.
Флавия цепляется за ремесла (как Афина), пытается найти себя в "сестринстве" женщин-шпионок, но раз за разом разочаровывается. Внутри нее нет "ответной" части, она не знает, каково это - быть с другими женщинами вместе. Страстно отстаивая свои права и независимость, она, на самом деле, ищет способ впасть в зависимость, ту самую, исходную, младенческую, сладостную зависимость, когда тебя любит мать.
(Зуб даю, Алан Брэдли ни о чем подобном и не собирался писать, его просто несло по кочкам).
В общем, это все интересно читать параллельно.
Семья Воспитание Вестник литературоведения
Made on
Tilda