О нарциссической ярости, опустошении и смирении.
Опять, ага.
Трехлетка, уличенная в тайном набеге на конфетницу. Подросток, который думал, что он самый умный, а оказалось, что его развели, как лоха. Взрослая женщина, клиентка психолога, почему-то решившая, что ее отпуск на Мальдивах - это и есть форс-мажор, поэтому оплачивать пропуски в терапии не придётся.
В тот момент, когда они обнаруживают, что их манёвр не удался, каверза раскрыта, караул не просто не спал, а ещё и наблюдал за всей операцией из-за угла, посмеиваясь в кулак, а теперь пришел совершить арест, - все они чувствуют одно и то же: испепеляющую ярость.
Дальше развилка.
Если родитель (реальный или в форме внутреннего объекта) достаточно зрелый, устойчивый, не жестокий, но уверенный в том, что правила необходимы и соблюдать их полезно, он сначала вернёт все на место ("Нет, нельзя брать чужое. Нет, я не разрешаю приводить в дом неизвестных девиц ночевать пока мы на даче. Нет, мы договаривались, что пропуски оплачиваются"), а потом останется рядом с незадачливым преступником, помогая ему оплакать его провал.
И выдерживая его ярость, потому что кайфолому - первый камень. Плохая мама, не люблю тебя!
Тогда полыхающий в груди пожар успешно заливается слезами и превращается в смирение. То есть, ребенок признает свое поражение перед вышестоящим авторитетом и соглашается, что так будет лучше. Позволяет себя утешить, умыть, обнять и помириться.
Огромный, переливающийся всеми цветами радуги мыльный пузырь Всемогущества, раздутый из фантазии, что я тут Самый Главный Поц, лопается, брызги его больно щиплю глаза, но, опять же, очищающие, освобождающие слезы все смывают. Только обязательно нужны руки, плечи, колени, в которые можно эти самые слезы излить, плакать в одиночестве не помогает. Кто-то должен подавать носовой платок.
(Мой любимый момент в "Афере Томаса Крауна", когда герой просовывает белоснежный платок героине между сиденьями в самолёте. Как выкинутый белый флаг, как символ примирения сторон, завершения битвы).
Если на месте родителя у нас "властитель слабый и лукавый", жестокий и манипулирующий, то ребенок остаётся брошен и заперт в своём провале.
Конфеты, добытые с таким трудом, отобраны и спрятаны. Девушку прогнали. Поверх этого ещё и наорали/наказали. Пристыдили. Высмеяли. А потом оставили одного переживать этот ослепительный факап.
В этот момент разрушается не только фантазия о себе-всемогущем, но и ощущение себя - любимом ребенком.
Так как у детей нет до поры восприятия времени (у них есть только "здесь-и-сейчас равно везде-и-всегда"), переживание "я сейчас маленько облажался" превращается "я полностью негодный".
Также полностью негодным становится Родитель, который все это допустил и разрушил.
Ярость, которая возникает в момент фиаско - для простоты представьте себе шаткую конструкцию из стула и табуретки, на которую малыш вскарабкался, чтобы достать сладкое, а тут вошли вы, с неприятным вопросом "и куда это ты лезешь?", и вот все уже летит на пол с ужасным грохотом - уничтожает все вокруг. Когда вспышка заканчивается, неудачнику остаётся только бежать из этой радиоактивной пустыни, в которой ничего не растёт и нет ему приюта :-(
***
Ребенок, которого не утешали, не помогали отгоревать потери и неудачи, которого оставляли "успокоишься - придёшь просить прощения", а то ещё и запрещали плакать, не знает, что такое смирение. Да, он очень успешен, отпуск на Мальдивах не для слабаков. Но однажды его сияющие доспехи начинают лопаться и разваливаться. А так как внутри он знает, что горе проигравшим, просто сдаться и прожить это как огорчение, невозможно.
В терапии мы видим это как обрыв, резкое и внезапное прекращение совместной работы. В личных отношениях так же.
Пока не найдется какой-то способ или обстоятельства, в которых человек сможет начать горевать.
Но белый флаг можно выбрасывать, только если точно знаешь: тебя не казнят.
Опять, ага.
Трехлетка, уличенная в тайном набеге на конфетницу. Подросток, который думал, что он самый умный, а оказалось, что его развели, как лоха. Взрослая женщина, клиентка психолога, почему-то решившая, что ее отпуск на Мальдивах - это и есть форс-мажор, поэтому оплачивать пропуски в терапии не придётся.
В тот момент, когда они обнаруживают, что их манёвр не удался, каверза раскрыта, караул не просто не спал, а ещё и наблюдал за всей операцией из-за угла, посмеиваясь в кулак, а теперь пришел совершить арест, - все они чувствуют одно и то же: испепеляющую ярость.
Дальше развилка.
Если родитель (реальный или в форме внутреннего объекта) достаточно зрелый, устойчивый, не жестокий, но уверенный в том, что правила необходимы и соблюдать их полезно, он сначала вернёт все на место ("Нет, нельзя брать чужое. Нет, я не разрешаю приводить в дом неизвестных девиц ночевать пока мы на даче. Нет, мы договаривались, что пропуски оплачиваются"), а потом останется рядом с незадачливым преступником, помогая ему оплакать его провал.
И выдерживая его ярость, потому что кайфолому - первый камень. Плохая мама, не люблю тебя!
Тогда полыхающий в груди пожар успешно заливается слезами и превращается в смирение. То есть, ребенок признает свое поражение перед вышестоящим авторитетом и соглашается, что так будет лучше. Позволяет себя утешить, умыть, обнять и помириться.
Огромный, переливающийся всеми цветами радуги мыльный пузырь Всемогущества, раздутый из фантазии, что я тут Самый Главный Поц, лопается, брызги его больно щиплю глаза, но, опять же, очищающие, освобождающие слезы все смывают. Только обязательно нужны руки, плечи, колени, в которые можно эти самые слезы излить, плакать в одиночестве не помогает. Кто-то должен подавать носовой платок.
(Мой любимый момент в "Афере Томаса Крауна", когда герой просовывает белоснежный платок героине между сиденьями в самолёте. Как выкинутый белый флаг, как символ примирения сторон, завершения битвы).
Если на месте родителя у нас "властитель слабый и лукавый", жестокий и манипулирующий, то ребенок остаётся брошен и заперт в своём провале.
Конфеты, добытые с таким трудом, отобраны и спрятаны. Девушку прогнали. Поверх этого ещё и наорали/наказали. Пристыдили. Высмеяли. А потом оставили одного переживать этот ослепительный факап.
В этот момент разрушается не только фантазия о себе-всемогущем, но и ощущение себя - любимом ребенком.
Так как у детей нет до поры восприятия времени (у них есть только "здесь-и-сейчас равно везде-и-всегда"), переживание "я сейчас маленько облажался" превращается "я полностью негодный".
Также полностью негодным становится Родитель, который все это допустил и разрушил.
Ярость, которая возникает в момент фиаско - для простоты представьте себе шаткую конструкцию из стула и табуретки, на которую малыш вскарабкался, чтобы достать сладкое, а тут вошли вы, с неприятным вопросом "и куда это ты лезешь?", и вот все уже летит на пол с ужасным грохотом - уничтожает все вокруг. Когда вспышка заканчивается, неудачнику остаётся только бежать из этой радиоактивной пустыни, в которой ничего не растёт и нет ему приюта :-(
***
Ребенок, которого не утешали, не помогали отгоревать потери и неудачи, которого оставляли "успокоишься - придёшь просить прощения", а то ещё и запрещали плакать, не знает, что такое смирение. Да, он очень успешен, отпуск на Мальдивах не для слабаков. Но однажды его сияющие доспехи начинают лопаться и разваливаться. А так как внутри он знает, что горе проигравшим, просто сдаться и прожить это как огорчение, невозможно.
В терапии мы видим это как обрыв, резкое и внезапное прекращение совместной работы. В личных отношениях так же.
Пока не найдется какой-то способ или обстоятельства, в которых человек сможет начать горевать.
Но белый флаг можно выбрасывать, только если точно знаешь: тебя не казнят.
