Как выглядит коммуникация со взрослыми людьми, которые не перешли на следующий уровень и продолжают заваливать всех вокруг тем, что Бион называет "неметаболизированным содержимым", проще говоря - хаотичным сливом своих эмоций в любые уши, которым не повезло оказаться рядом.
В норме мы ожидаем, что любой человек старше 5 лет (на самом деле - после трёх, но это большая редкость) уже в состоянии не просто выкрикнуть "Все вокруг какашки!", а может назвать свое состояние ("Мне плохо!"), выстроить причинно-следственную связь ("Я хотел взять еще одно пирожное, а мама не дала!") и дальше произвести самое сложное действие: выразить свое отношение к событию или обстоятельствам, назвать эмоцию (если необходимо) и связать все воедино в общую ОСМЫСЛЕННУЮ картину.
Иллюстрация.
Иду по аллее, вижу девочку лет 4 одну на скамейке, сидит, плачет. Причем видно, что плачет не от боли, не рыдает, но и не испугана. Я огляделась - взрослых нет, подошла.
- Я обиделась! Они плохие! Я ушла от них!
- Тебя обидел кто-то?
- Да! Они! Они мне не дают качаться!
- И ты разозлилась и ушла от них?
- Да!! Я хотела качаться сильно-сильно, а они говорят - нельзя!
- Ты обиделась, что они не дали тебе высоко качаться?
- Да!
Потом пришли ее старшие брат с сестрой, мы еще какое-то время пообсуждали, на какую высоту можно раскачиваться, малышка попыталась ударить сестру, но была остановлена, потом все мирились со слезами, потом качались вместе...
Вот этот процесс с начала до конца: от "они плохие, я обиделась" до "мирись-мирись и больше не дерись" занял минут пять. Я выступала в роли СуперЭго, называла и останавливала агрессию, брат с сестрой сочувственно принимали ее эмоции, но не позволяли навредить (Эго), желание (Ид) было удовлетворено в рамках реальности. Красота же, скажите!
А теперь смотрим на взрослых, у которых не случилось психоаналитика рядом с детской площадкой. И вообще никого не случилось, если уж честно. Они были покинуты наедине со своей огромной волной затапливающий чувств, никто не назвал, не остановил и не научил балансировать на гребне.
Взрослая женщина:
- Он на меня напал! Это был секшуал абьюз!
(Мужчина, которого она зачем-то пригласила в дом, предложила переночевать, кормила ужином и наливала водки, вежливо предложил "отплатить добром за гостеприимство", получив отказ так же вежливо удалился).
- Вы, наверное, испугались?
- Кто? Я? Почему я должна была пугаться? Это он пусть боится, я заявлю на него!
(То есть, я не угадала ее эмоцию. Ок, едем дальше).
- Я убежала и заперлась в спальне и не выходила до утра!
- То есть, вы все же испугались?
- Чего мне бояться? Я в своем доме! Но каков наглец! О чем он думал?!
(Блин, я запуталась. Похоже, мадам возмущена и в ярости, только непонятно, о чем речь. На какую реакцию она рассчитывала?)
Женщина продолжает живописать свои _действия_ , никак не рефлексируя ни свои психические реакции ("я всю ночь просидела в обнимку с телефоном!), ни дальнейшие поступки. Потому что она назавтра опять его позвала!
Чего нет в этом диалоге?
Иду по аллее, вижу девочку лет 4 одну на скамейке, сидит, плачет. Причем видно, что плачет не от боли, не рыдает, но и не испугана. Я огляделась - взрослых нет, подошла.
- Я обиделась! Они плохие! Я ушла от них!
- Тебя обидел кто-то?
- Да! Они! Они мне не дают качаться!
- И ты разозлилась и ушла от них?
- Да!! Я хотела качаться сильно-сильно, а они говорят - нельзя!
- Ты обиделась, что они не дали тебе высоко качаться?
- Да!
Потом пришли ее старшие брат с сестрой, мы еще какое-то время пообсуждали, на какую высоту можно раскачиваться, малышка попыталась ударить сестру, но была остановлена, потом все мирились со слезами, потом качались вместе...
Вот этот процесс с начала до конца: от "они плохие, я обиделась" до "мирись-мирись и больше не дерись" занял минут пять. Я выступала в роли СуперЭго, называла и останавливала агрессию, брат с сестрой сочувственно принимали ее эмоции, но не позволяли навредить (Эго), желание (Ид) было удовлетворено в рамках реальности. Красота же, скажите!
А теперь смотрим на взрослых, у которых не случилось психоаналитика рядом с детской площадкой. И вообще никого не случилось, если уж честно. Они были покинуты наедине со своей огромной волной затапливающий чувств, никто не назвал, не остановил и не научил балансировать на гребне.
Взрослая женщина:
- Он на меня напал! Это был секшуал абьюз!
(Мужчина, которого она зачем-то пригласила в дом, предложила переночевать, кормила ужином и наливала водки, вежливо предложил "отплатить добром за гостеприимство", получив отказ так же вежливо удалился).
- Вы, наверное, испугались?
- Кто? Я? Почему я должна была пугаться? Это он пусть боится, я заявлю на него!
(То есть, я не угадала ее эмоцию. Ок, едем дальше).
- Я убежала и заперлась в спальне и не выходила до утра!
- То есть, вы все же испугались?
- Чего мне бояться? Я в своем доме! Но каков наглец! О чем он думал?!
(Блин, я запуталась. Похоже, мадам возмущена и в ярости, только непонятно, о чем речь. На какую реакцию она рассчитывала?)
Женщина продолжает живописать свои _действия_ , никак не рефлексируя ни свои психические реакции ("я всю ночь просидела в обнимку с телефоном!), ни дальнейшие поступки. Потому что она назавтра опять его позвала!
Чего нет в этом диалоге?
Нет осознавания и переработки материала. Героиня не понимает, что это с ней происходило, какова логика событий, кто, зачем и почему сказал, сделал, почувствовал. В голове шум и крик. Аааа, спасите-помогите! От кого тебя спасти? От страшного злого волка. А где он?
"На дороге был вчера, когда я шла, а потом я увидела человека, у него была собака на поводке, похожая на волка, и я подумала, я вот если бы он пришел ко мне во двор, и мне пришлось бы открыть ему дверь, потому что у него страшная собака... "
Представим ту же саму историю, только рассказчик может занять позицию Наблюдателя: "Не знаю, что на меня нашло! Так захотелось опять побыть с кем-то за одним столом, чтобы ужин, свет вечерний, как будто я снова замужем и все хорошо. И мужик вроде был хороший, добрый, но в последний момент я вдруг увидела себя со стороны, и так мне стало тошно, что я его выгнала. Нехорошо получилось, потом было стыдно, поэтому я и позвала его опять, чтобы все исправить".
Вот она, переработка. Появляется некоторая отстраненность и возможность объяснить картинку, сюжет, детали. Появляется линия времени: "сначала - потом - в конце концов". Главное, появляется "как будто": как будто я снова замужем. И тогда вся эта ситуация становится историей, которой можно сопереживать, на нее можно откликаться, ее можно начать и закончить. К ней можно присоединиться ("Да, дорогая, как я тебя понимаю! Иногда правда так хочется, чтобы рядом был кто-то, кого можно обнять!") или ужаснуться ("Ты с ума сошла! Приглашать незнакомого человека в дом!"). Между нами есть пространство воображения.
А когда этого нет, мы чувствуем себя захваченными и парализованными: невозможно включить мышление, остается только завороженно наблюдать, как в детстве, когда смотришь взрослое кино, не понимаешь вообще ничего, но пошевелиться нельзя.
Пока в туалет не захочется.
Замечали ли вы, когда разговариваешь с таким человеком, все телесные реакции как будто отключаются на время, зато потом каааак включаются!
Представим ту же саму историю, только рассказчик может занять позицию Наблюдателя: "Не знаю, что на меня нашло! Так захотелось опять побыть с кем-то за одним столом, чтобы ужин, свет вечерний, как будто я снова замужем и все хорошо. И мужик вроде был хороший, добрый, но в последний момент я вдруг увидела себя со стороны, и так мне стало тошно, что я его выгнала. Нехорошо получилось, потом было стыдно, поэтому я и позвала его опять, чтобы все исправить".
Вот она, переработка. Появляется некоторая отстраненность и возможность объяснить картинку, сюжет, детали. Появляется линия времени: "сначала - потом - в конце концов". Главное, появляется "как будто": как будто я снова замужем. И тогда вся эта ситуация становится историей, которой можно сопереживать, на нее можно откликаться, ее можно начать и закончить. К ней можно присоединиться ("Да, дорогая, как я тебя понимаю! Иногда правда так хочется, чтобы рядом был кто-то, кого можно обнять!") или ужаснуться ("Ты с ума сошла! Приглашать незнакомого человека в дом!"). Между нами есть пространство воображения.
А когда этого нет, мы чувствуем себя захваченными и парализованными: невозможно включить мышление, остается только завороженно наблюдать, как в детстве, когда смотришь взрослое кино, не понимаешь вообще ничего, но пошевелиться нельзя.
Пока в туалет не захочется.
Замечали ли вы, когда разговариваешь с таким человеком, все телесные реакции как будто отключаются на время, зато потом каааак включаются!
(Первая часть про Ыыы-коммуникацию здесь )
